6 августа 1832 года родилась замечательная азербайджанская поэтесса, дочь последнего карабахского хана Хуршудбану Натаван. Отметим, что Натаван была внучкой правителя Карабаха Ибрагим Халил хана Джеваншира, которому было присвоено звание генерал-лейтенанта русской армии. Ее старшие дядья - Мехдигулу Хан и Магомед Гасан Ага Джеваншир - служили в царской армии, стали генерал-майорами, а младшим дядьям были присвоены звания полковников русской армии.
Правда, это не помешало отряду царской армии под предводительством майора Лисаневича по первому подозрению в измене (как выяснилось, беспочвенному) убить Ибрагим Халил хана и часть членов его семьи.
Однако сын и наследник Ибрагим Халил хана - Мехдигулу хан (отец Натаван) правил Карабахом в чине генерал-майора вплоть до ликвидации ханства в 1822 году.
Будучи единственным ребенком и наследником в семье Мехди Кулу хана, Натаван после смерти отца стала принимать активное участие в благотворительности. Например, именно ей приписывается проведение водопровода в город Шушу. Имя поэтессы и ее творчество неразрывно связаны с городом Шуша. Хуршудбану Натаван получила домашнее образование. Она возглавляла в Шуше литературный кружок "Меджлиси унс" ("Собрание друзей"), имевший творческие связи с аналогичными кружками в других городах Азербайджана. Натаван была сильной женщиной, женщиной-лидером, которая могла на равных разговаривать с мужчинами-правителями, и, несмотря на все эти качества, она всегда оставалась женщиной, умеющей любить, ненавидеть, страдать и прощать. Она сохранила память о себе в лирических стихах. Большинство ее стихов навеяно грустью по рано умершему сыну ("Я плачу", "Ушел" и др.), в которых, однако, проскальзывают и социальные мотивы, - главным образом, жалобы на бесправие женщин в обществе. Она оставила после себя прекрасные лирические газели, рисунки и художественные вышивки.
Умерла в Шуше 2 октября 1897 года от туберкулеза.
Как ни печально, Дом-музей Хуршудбану Натаван в Шуше был разграблен, а бронзовый бюст "расстрелян" армянскими солдатами...
Стихотворение, посвещёное смерти сына Натавана
О, было б лучше, если б я всю жизнь была слепой,
Не любовалась бы твоей небесной красотой!
Как рано высох светлый ключ и кипарис увял,
И вот, мой мальчик, ты лежишь в земле, в траве густой.
И только камень говорит о том, что это – ты,
А солнце яркое горит над каменной плитой.
Увидеть бы тебя на миг счастливым женихом,
Что ты, потупившись, глядел в смущении кругов.
Отдать бы очи навсегда за взгляд твоих очей,
Не может сердце ни на миг подумать о другом.
Живу я в тесном уголке печали и тоски,
И слёзы Натаван текут прозрачным родником.
